ПОЭТИКА ГОРОДСКОГО И СЕЛЬСКОГО ПРОСТРАНСТВА В РАССКАЗАХ В. ШУКШИНА

Аннотация

Статья посвящена анализу поэтики городского и сельского пространства в рассказах Василия Шукшина. В центре исследования – проблема экзистенциального и социального конфликта, порожденного столкновением двух миров: традиционного сельского уклада и урбанистической среды. В условиях интенсивной урбанизации советского периода эта дихотомия выходит за рамки географической оппозиции, становясь философской и антропологической проблемой поиска человеком своего места в мире. Методологическая база работы сочетает литературоведческие и социологические подходы. Используются теория хронотопа М.М. Бахтина, концепция производства пространства А. Лефевра и теория социальных полей П. Бурдье. Такой междисциплинарный подход позволяет рассматривать сельское и городское пространство как художественные, социальные и символические конструкции. Материалом исследования послужили рассказы Шукшина, где особое внимание уделено «чудикам» – персонажам, чья внутренняя драма наиболее ярко выражает несовместимость двух способов существования. Результаты анализа показывают, что деревня в прозе Шукшина предстает как locus укорененности, нравственной правды и связи с землей. Городское пространство, напротив, ассоциируется с отчуждением, формальностью и утратой подлинности. На хронотопическом уровне сельское время циклично и органично, городское – линейно и механистично. На социологическом уровне выявляется конфликт сельского габитуса и городского поля: привычные сельские ценности – честность, простота, трудолюбие – в городе обесцениваются. На архетипическом уровне раскрываются оппозиции Дом – Анти-дом, Земля – Асфальт, Порог, отражающие духовную драму героев. Выводы исследования подчеркивают, что поэтика пространства у Шукшина является системообразующим принципом его художественного мира. Пространственный конфликт интериоризируется в сознании персонажей, становясь источником их экзистенциальных поисков. Проза писателя фиксирует универсальную проблему утраты «своего места» и демонстрирует, что поиск смысла жизни неотделим от поиска пространства подлинного существования.